Муж золовки специально ждет насморка. По утрам рабочих на производстве обязательно осматривают медики. Он делает вид страшно больного, чуть ли не синусит-гайморит. Его отстранчют от работы, снимают с линии, выписывают направление к врачу. Ему открывают больничный, он полнедели сдает анализы, потом ему ставят смешной диагноз типа орз/орви, он типа лечится. Так проходит две недели, за которые ему в аванс выдают тысячу - полторы рублей. И этому 35 - летнему бугаю нисколько не стыдно, что надо как-то кормить маленьких детей. Что случилось с этим миром?
Когда мы слышишь о каких-то наркоманах, думаешь: пусть все помирают, естественный отбор. И совсем по-другому все воспринимаешь, если это горе не дай Бог приходит в твой дом,,в твою семью, к твоим родным и близким. И зависимый, и созависимый связаны крепко. Какой шаг сделать, чтобы не ошибиться, сложно сказать. Страшная болезнь.
В 90-е годы мы с младшим братишкой ходили в школу через день, потому что у нас были одни башмаки и брюки на двоих. Мне было 10, ему 9. У меня не было денег, чтобы платить за школьные обеды и классная руководительница меня демонстративно за презирала за то, что мы бедные. Сейчас мне 35, есть крепкая семья, обеспечена, работаю в престижной компании по добыче нефти и газа, но ни разу не была на встрече выпускников. Помню их гадливые насмешки и глумливые взгляды. Никогда не встречаю людей по одежке. Никогда.
Окончила филфак в 2008 году, после универа работала в двух крупных издательствах в отделах корректуры и литературного редактирования, правила ошибки в деловых и многотиражных газетах. С 2012 г. работаю в дочернем обществе "Газпром нефти" в отделе документационного обеспечения, по сути тоже исправляю ошибки и опечатки. Везде получала хорошую зарплату. В школе была только на практике.
Просто у ребенка сильный стресс. Он думает, что остался один в этом мире. Очень большое терпение и любовь нужна тем, кто хочет отогреть это маленькое сердце.