Помню, как несколько лет назад отец позвонил маме и сказал, что его друга, Борю, убила жена. Отец пошёл к ним в гости, а там полиция, все дела. Женщина была пьяная, разозлилась на что-то и зарезала со спины того мужчину ножом. Она вообще часто на него ругалась без повода и угрожала убить. И это при том, что этот Боря ей ничего плохого не делал. Потом говорила, что не помнит момент, когда убивала, рыдала и дома, и на суде. А совсем недавно она вышла из тюрьмы, приходила к родителям в гости пообщаться...
О, мой отец раньше любил заниматься таким. Как с мамой поругается да напьётся, так в петлю и лезет. Важно, что предупреждал сейчас, мол, повешусь. Нравилось ему ещё стёкла бить, а потом якобы себя резать, но это уже другая история. Мама его всегда спасала. Помню, я его однажды застала с верёвкой на шее в сарае за домом. Попыталась вытащить, но ничего не вышло, маленькая была. А он весь синий уже. Я побежала к маме: "Там папа повесился, синий уже!" Спасли, дурку вызвали, те забиратьта отказались. Частенько я сейчас жалею, что тогда наткнулась на него и маме рассказала.
Была ситуация. Ходили с мамой по супермаркету. И люблю я, когда хожу с близкими, гладить их, руку класть. Так и с мамой всю дорогу поглаживала её то по спине, то по пояснице. Подходим мы к отделу с рыбой, останавливаемся у прилавка, я руку убираю, рыбу живую разглядываю и негромко так возмущаюсь условиям содержания. Закидываю вновь ей руку на спину, начинаю гладить, прижимать и чувствую, что спина-то не родная. И не спина вовсе. В общем, ублажала я зад какой-то дамы в шубе... Мама, как оказалось, не выдержав моих очередных тирад, медленно ретировалась в соседний отдел.
«Хочешь мой сморчок?»