У меня родители — инженеры лесного хозяйства. Всё моё детство прошло на грядках. С ёлочками. Сначала их сеют, потом они всходят, малюсенькие совсем, по три иголочки. Их нужно защищать от птиц, от града, поливать в жару. Пропалывать раз в две недели примерно. Получается, что заканчиваешь "круг" в несколько соток и заново. Потом они вырастают, их рассаживают пореже, чтобы не мешали друг другу расти, к пяти годам они становятся дико колючими, высотой примерно 30 см. И ёлочек-пятилеток, уже жизнеспособных, высаживают в лес. А если ёлке срубить макушку, то 80%, что она умрёт. Новогодняя пора для меня — пытка. Видеть сотни и тысячи срубленных ёлок, треть которых — это макушки от больших (они более пушистые, чем молодые). Я не знаю, что будет с планетой через 50-70 лет, ведь почти всё лесное хоз-во переведено в частное и не финансируется. Питомников (так это называется) почти не осталось. Плакать от этого хочется. А люди со счастливыми лицами несут мёртвых лесных красавиц домой встречать Новый Год...